Printed from chabad.odessa.ua
ב"ה

Об эсрогах и их великолепии

Четверг, 01. Октябрь, 2020 - 12:57

620629543714816_n.jpg 

Я хочу поделиться с вами двумя замечательными историями к празднику Суккос. Думаю, что они очень интересны и поучительны, к тому же они помогут понять то послание, которое я хочу попытаться передать в конце этой статьи.

…Это случилось в первый день праздника Суккос в городе Лиженске в бейс-мидраше знаменитого цадика рабби Элимелеха. В зале царила праздничная атмосфера. Рабби Элимелех начал читать молитву Ѓалель, но было нечто необычное в его поведении. Почему он внезапно прервался и сделал глубокий вдох? И почему всю молитву он вел не так спокойно, как раньше? Было ясно, что ребе что-то беспокоит.

Едва закончив молитву, рабби Элимелех поспешил к своему брату, рабби Зусе, приехавшему в гости на праздник, и попросил:

— Пойдем, ты поможешь мне найти эсрог, который наполняет всю синагогу ароматом Ган-Эдена!

И они начали переходить от одного еврея к другому, пока наконец не добрались до самого дальнего угла синагоги, где, в стороне от остальных, стоял человек, погруженный в свои мысли.

— Вот он! — воскликнул рабби Элимелех. — Расскажи нам, дорогой друг, кто ты и откуда, и где ты приобрел этот прекрасный эсрог?

Еврей, удивленный неожиданным вопросом, медленно, тщательно подбирая слова, ответил:
 

— При всем моем уважении, ребе, это долгая история. Хотите послушать ее всю, от начала до конца?

— Конечно хочу, — воскликнул рабби Элимелех. — Я уверен, что она того стоит!

Тогда еврей начал свой рассказ:

— Меня зовут Ури, родом я из Стрелиска. Работаю меламедом. Человек я небогатый, но, несмотря на это, стараюсь исполнять мицвойс наилучшим образом, особенно — заповедь о четырех растениях в праздник Суккос. Половину заработанного за год я трачу на семью, а вторую откладываю на покупку самого лучшего эсрога. Доходы меламеда не слишком велики, и детям пришлось бы голодать, если бы не моя жена, для которой эта заповедь так же важна. Она не только не возражает против траты таких больших денег на эсрог, но и помогает мне — работает кухаркой и приносит в семью недостающие деньги…

В этом году я как обычно отправился во Львов — пешком, чтобы не тратить лишних денег. В кошельке у меня было 50 золотых на покупку эсрога. По дороге я решил немного отдохнуть на постоялом дворе. Наступило время Минхи, поэтому я тихо встал в углу и начал молиться.

Примерно в середине молитвы Шмоне-эсре я услышал ужасающий крик, за которым последовали вздохи и стоны кого-то, кто, вероятно, был в большой беде. Я инстинктивно почувствовал, что кричавший был евреем, хотя тот не произнес ни единого слова. Я поспешил закончить молитву, чтобы как можно скорее выяснить, что происходит, и могу ли я чем-то помочь. Обернувшись, я увидел еврея с кнутом в руке, жалующегося на жизнь трактирщику. Из его путаного рассказа, прерываемого рыданиями, стало ясно, что этот бедный еврей работал извозчиком. У него была большая семья, и он едва сводил концы с концами. И вот на его голову свалилось настоящее несчастье: лошадь рухнула на землю в лесу неподалеку от трактира, и не смогла больше подняться!

Я не мог видеть, как страдает этот еврей, и начал его утешать. Я говорил о том, что он должен помнить о Б‑ге, который поможет ему в беде, каким бы ужасным ни казалось положение. Трактирщик тоже сжалился над ним и предложил: «Я продам тебе свою лошадь. Возьму 50 золотых, хотя стоит она все 80. Я просто хочу помочь тебе в беде». — «У меня нет даже 50 грошей, а он мне рассказывает про лошадь за 50 золотых. Ты смеешься надо мной?!» — горько воскликнул извозчик. Я понял, что не могу тратить деньги на покупку эсрога, когда столкнулся с евреем, попавшим в беду, и могу помочь ему. И я обратился к трактирщику: «Сколько ты хочешь за лошадь?» Трактирщик удивленно повернулся ко мне: «Если заплатишь прямо сейчас — возьму 45 золотых и ни монетой меньше!» Я тут же достал кошелек и протянул трактирщику деньги. У извозчика от удивления глаза чуть не вылезли из орбит. Он был столь счастлив, что не мог вымолвить ни слова. «Теперь ты видишь, что Всевышний может помочь тебе даже в те моменты, когда все кажется безнадежным!» — сказал я извозчику, который вместе с трактирщиком направился к выходу, чтобы забрать приобретенную лошадь и впрячь ее в повозку, оставшуюся в лесу. Как только они вышли, я быстро собрался и ушел, не желая выслушивать поток благодарностей от счастливого извозчика.

Добравшись до Львова с пятью золотыми в кармане, я был вынужден купить самый обыкновенный, но, конечно, кошерный эсрог. Обычно мой эсрог был лучшим в местечке, и ко мне приходили все евреи, чтобы хотя бы раз произнести на него благословение. Но в этом году мне достался настолько неудачный эсрог, что жена не возражала, когда я сообщил, что лучше пойду молиться в Лиженск, где меня никто не знает…

— Но дорогой реб Ури, — воскликнул рабби Элимелех, — твой эсрог на самом деле уникален! Теперь я понял, почему его аромат подобен запаху Ган-Эдена! Я расскажу тебе продолжение этой истории: после твоей встречи с тем извозчиком он решил, что ты — пророк Элияѓу, которого Всевышний отправил в наш мир в обличии человека, чтобы спасти его из беды. Придя к такому выводу, он начал искать способ отблагодарить Творца, но он не умел читать — поэтому не мог произнести молитву. И он долго ломал голову над тем, чтобы найти подходящий способ выразить свою благодарность. В конце концов он взял в руки кнут, взмахнул им что было силы и закричал так громко, как только мог: «Отец Небесный, я так люблю Тебя! Я люблю Тебя больше, чем свою жену и детей! Что мне сделать, чтобы доказать Тебе это? В знак своей любви я буду бить кнутом!» С этими словами извозчик трижды взмахнул кнутом. Это было в один из десяти Дней трепета — между Рош ѓаШоно и Йом-Кипуром.

В Йом-Кипур Всевышний восседал на троне Правосудия, внимая молитвам этого святого дня. Рабби Леви-Ицхок из Бердичева, защитник евреев, толкал телегу, полную еврейских заповедей к вратам Ган-Эдена, когда появился Сатан и преградил ему дорогу еврейскими грехами, и рабби Леви-Ицхок не смог продолжить свой путь. Я и мой брат рабби Зуся начали молиться еще усерднее, чтобы помочь рабби Леви-Ицхоку, но безуспешно. И вдруг мы услышали свист кнута, пронзивший воздух, после которого появился небольшой луч света, осветивший весь мир до небес! Можно было увидеть ангелов и праведников, сидящих и поющих во славу Всевышнего. Услышав слова извозчика и свист кнута, они воскликнули: «Счастлив Царь, Которого славят так!» Появился ангел Михоэль верхом на лошади, в сопровождении извозчика с кнутом в руке. Михоэль запряг лошадь в повозку, везущую мицвойс, а извозчик взмахнул кнутом. И случилось чудо: повозка тронулась вперед, наехав на грехи, преграждавшие путь, и вскоре уже стояла у трона Славы. Взглянув на нее, Царь царей поднялся с трона Суда и пересел на трон Милосердия. Так был подписан приговор на хороший и счастливый год всему дому Израиля…

А теперь, реб Ури, — улыбнулся рабби Элимелех, — знай, что все это произошло благодаря тебе, благодаря совершенному тобой благородному поступку. Ступай домой и будь гордостью еврейского народа! Но перед тем, как ты уйдешь, позволь и мне взять этот прекрасный эсрог и благословить его во славу Творца!

…Это был тот самый реб Ури, который впоследствии стал известен как рабби Ури из Стрелиска, да защитит нас память о нем. Из простого меламеда он превратился в учителя тысяч хасидов. Люди прозвали его Сороф — «Огненный ангел», потому что от жара его молитвы обугливались бревенчатые стены синагоги!

* * *

И еще одна особенная история к празднику Суккос, которую рассказал мне раввин Йосеф-Ицхок ѓаКоѓен Кацман из Нью-Йорка со слов сойфера рабби Йеѓуды Клапмана:

— Однажды перед праздником Суккос ко мне подошел друг, известный раввин Эли Гросс, да будет благословенна его память, и спросил, купил ли я эсрог. Я ответил, что еще нет. Тогда он предложил: «Может быть, тебе стоит пойти к такому-то еврею, чтобы купить у него эсрог, потому что для него это источник средств к существованию на праздник». Я пошел к этому еврею. У него дома на столе лежало несколько эсрогов, но я не нашел ни одного, который бы мне понравился. Тем временем вошел еще один еврей, подошел к столу, выбрал эсрог, спросил о цене, заплатил и ушел. Я вышел за ним и, когда мы были уже на улице, спросил: «Что вы нашли такого хорошего, что купили здесь? Я ходил около получаса и не нашел ни одного эсрога, который можно было бы посчитать «великолепным», как этот плод назван в Торе». Еврей ответил: «Для меня великолепие этого эсрога в том, чтобы дать еврею средства на пропитание!» Мне понравился этот ответ, но я подумал, что он, должно быть, приобрел «великолепный» эсрог в другом месте, а этот купил, чтобы просто поддержать продавца, потому что я знал, что у него есть возможность сделать это.

Во время праздника я снова встретился с вышеупомянутым евреем в синагоге и подошел проверить, какой эсрог он на самом деле использовал: был ли это тот, который он покупал при мне, или другой, более красивый. Я увидел, что он действительно использовал тот самый эсрог, о котором сказал мне, что его великолепие для него в том, что он дает еврею средства к существованию на праздник!

Я был очень впечатлен этим и решил написать письмо Любавичскому Ребе, чтобы он мог получить удовольствие от рассказа об особом случае проявления любви к ближнему. Я зашел в секретариат и спросил, правильно ли будет написать о таком Ребе. Секретарь даже немного рассердился и ответил: «Ребе каждый день получает много разных писем, рассказывающих о клевете, сплетнях, горе и неудачах, писем, переполненных печалью и страданиями, а у вас есть история об аѓавас Исроэль, и вы сомневаетесь, стоит ли порадовать ею Ребе?!» Я понял свою задачу и сразу же отправился к еврею, живущему по соседству, который обладал очень красивым почерком, а также изучил искусство риторики и умел красиво излагать мысли высоким стилем. Я рассказал ему о том, что случилось, и попросил записать для Ребе всю историю. Он написал длинный текст каллиграфическим почерком на специальной тонкой бумаге. В конце письма я попросил дописать, что вышеупомянутому еврею необходимо благословение на полное выздоровление. Письмо я оставил в секретариате для передачи Ребе.

На следующий день мне позвонил секретарь и сказал: «У меня нет ответа от Ребе, но я расскажу вам, что случилось с вашим письмом. Я положил его сверху на стопку писем, чтобы Ребе увидел ваше письмо первым. Ребе сразу же взял его и начал читать, а я остался стоять у двери, чтобы посмотреть, что будет происходить дальше. Я увидел, что Ребе медленно и очень внимательно читает каждую строчку, каждое слово, и по мере чтения улыбка на его лице становится все шире и шире. Очевидно, что эта история доставила Ребе большое духовное наслаждение…

Изысканный эсрог — это мицва из Торы: «И возьмите себе в первый день праздника плод дерева великолепного, ветви пальмовые и побеги дерева густолиственного и верб речных…» (Ваикро, 23: 40). Следует не жалеть сил и средств на то, чтобы у вас был эсрог, который будет ѓодор — великолепным. В то же время мы должны помнить, что эсрог, каким бы замечательным он ни был, не имеет значения, если мы не соединим его с другими видами растений: лулавом — молодым побегом финиковой пальмы, ѓадасом — миртом и аровой — ивой. Четыре вида символизируют разные типы представителей еврейского народа. Когда мы объединяем их вместе, у нас в руках как бы соединяется весь народ Израиля: от прекрасного эсрога до простой ивы, которая в изобилии растет повсюду. Но только после того, как мы убедимся, что другие виды также имеются в достаточном количестве, что у всех евреев также есть все средства для празднования Суккос, только тогда мы сможем полностью исполнить нашу великолепную заповедь.

Поздравляю с праздником Суккос — праздником нашего единства! Пусть Г‑сподь щедро благословит всех нас Своей добротой!

 

Комментарии: Об эсрогах и их великолепии
Нет добавленных комментариев