Printed fromchabad.odessa.ua
ב"ה

Цель — приблизить ближнего к Творцу

Четверг, 28. Апрель, 2011 - 3:44

Как-то в ночь Субботы главы «Кдойшим» один из хасидов спрятался за дверью ребе из Коцка, чтобы услышать, как он маавир эс ѓасидра (читает главу Торы вместе с переводом на арамейский язык, при этом каждый стих Торы прочитывается дважды, а потом — один раз его арамейский перевод). Когда ребе подошел к чтению стиха: «Люби ближнего твоего, как самого себя» (Ваикро, 19: 18), услышал хасид, что ребе произносит его так: «Люби ближнего твоего — да? Как себя?» После паузы, затянувшейся на несколько минут, последовало продолжение, похожее на вздох: «Как себя!» Такая форма вопроса и ответа смутила сердце хасида. Он обратился к одному из приближенных к ребе людей, рабби Ѓиршу из Томашова, и спросил, что это означает. Тот объяснил:

— Ребе спросил себя: «Тора заповедует человеку любить своего ближнего «как себя», но разве можно любить себя? Ведь хасидизм Коцка утверждает, что любовь к самому себе приводит к подлогу, обману, мошенничеству и лености мысли…» И его ответ был таков: «Как себя! Так же, как каждый должен ненавидеть себя истинной ненавистью, так должен он любить других истинной любовью».

…В нашей сегодняшней недельной главе «Кдойшим» Тора запрещает человеку отнимать собственность у законных владельцев: «Не обижай ближнего твоего и не грабь» (Ваикро, 19: 13). Ограбление считается настолько серьезным преступлением, что Рамбам в кодексе «Мишне-Тора», комментируя законы о грабеже и потере, говорит, что «каждый, кто ограбил другого на пруту (самая мелкая монетка), как будто забрал у него душу».
 

Это касается именно грабежа, а не кражи, хотя в обоих случаях у человека было отнято его имущество. Вор тоже забирает принадлежащее другому, но разница между вором и грабителем состоит в том, что вор признает за другим право на это имущество. Поэтому, не смея предстать перед владельцем лицом к лицу, он делает свое грязное дело тайно. В отличие от вора, грабитель, который открыто отнимает у человека его собственность, поражает самую основную точку человеческой психики — чувство собственности, что равносильно «отнятию души».

Раскаяние и исправление этого греха приводятся Торой в виде повелевающей заповеди: «И будет, осознав, что согрешил и провинился, возвратит отнятое, что отнял, то награбленное, что награбил» (Ваикро, 5: 23). То есть грабитель должен вернуть взятую вещь ее владельцу, что может рассматриваться как будто он «возвращает душу» тому, кого ограбил, исправляя тем самым грех, совершенный при ограблении.

А что говорит закон, если украденная вещь больше не существует? Рамбам пишет: «Если сама награбленная вещь не сохранилась, и захотел грабитель раскаяться, и пришел сам к ограбленному вернуть тому стоимость вещи — постановление мудрецов, что не принимают у него, а прощают ему, чтобы приблизить прямую дорогу к делающимтшуву». Объяснить это можно так: пока сохраняется возможность вернуть награбленное, необходимо сделать это, потому что таким образом возмещается ущерб, нанесенный душе человека, которого ограбили. Однако когда вернуть награбленное нереально, исправить духовный аспект совершенного преступления невозможно. В таком случае можно только заплатить ограбленному денежную компенсацию — возместить лишь нанесенный ему материальный ущерб. Поэтому, чтобы облегчить путь раскаяния, еврейские мудрецы, да будет благословенна их память, издали особое постановление, которое действует именно тогда, когда грабитель хочет покаяться и возвращается, чтобы выплатить денежную компенсацию. Это доказывает искренность раскаяния грабителя, и также признание за ограбленным права собственности на похищенное имущество. Это действие фактически уже исправляет грех, совершенный грабителем. Поэтому еврейские мудрецы, желая облегчить путь раскаяния, постановили не получать с грабителя плату.

Этот закон учит нас, насколько нужно стараться помочь другому еврею совершить тшуву — чтобы «приблизить прямую дорогу к делающим тшуву», мудрецы постановили, что человек должен был отказаться от компенсации! И все потому, что каждый обязан сделать все, что от него зависит, чтобы приблизить сынов Израиля к их небесному Отцу. В этом вопросе человек должен действовать без каких-либо намерений извлечь личную выгоду — ни материальную, ни духовную. Целью его должно быть только приближение другого еврея к Творцу, даже если это занятие делами ближнего приносит ему одни потери. Потому что когда сыны Израиля совершают тшуву — они сразу же искупаются полным и истинным Избавлением (Рамбам, «Законы раскаяния», 7: 5).

…Я хотел бы закончить свою статью историей о праведнике рабби Мордехае-Дове из Горностайполя. Однажды, когда он заболел, врач решил, что нужно прижечь ему одно место на спине раскаленным железом. Праведник согласился, и врач приступил к проведению процедуры. У него было три железных стержня, в разной степени раскаленных. Если пациент не чувствовал боли при касании первого, то врач прикладывал второй, с более высокой температурой. Если даже тогда пациент не чувствует боли, то врач прикладывает стержень с самым сильным жаром (впрочем, большинство пациентов чувствовали боль уже с самого начала). Когда врач прижег ребе из Горностайполя спину в первый раз, он страдал молча. Врач подумал, что пациент, должно быть, еще не чувствует жара, и заменил первый стержень на второй. Праведник ощутил сильную боль, но, полагая, что так и должно быть, молча терпел и опять не издал ни звука. Врач сменил второй стержень на третий, а праведник продолжал принимать страдания — все так же молча. Врач очень удивился и воскликнул: «Я не знаю, ангел он или демон, но не в человеческих силах выдержать такую боль, не произнеся ни слова!» Врач говорил по-русски, и праведник, который не очень хорошо понимал этот язык, обратился к окружавшим его с вопросом: «Что он говорит?» Ему перевели слова врача. Праведник попросил: «Скажите ему, что когда приходит еврей с квитлом (запиской к ребе с просьбой о помощи), и невозможно, не дай Б-г, помочь ему, то это намного больнее, и тоже приходится молчать…»

Отсюда мы видим важность заповеди помочь другому еврею — будь то в материальном или в духовном. От невозможности ее исполнить нам всем, как и рабби Мордехаю-Дову из Горностайполя, должно быть больно — больнее, чем от раскаленного железа!

Комментарии: Цель — приблизить ближнего к Творцу
Нет добавленных комментариев