Printed fromchabad.odessa.ua
ב"ה

Что представляет собой обычай?

Четверг, 01. Март, 2012 - 3:48

ravv-wolff.jpgЭта история произошла лет двести тому назад. Румынский еврей по имени Мендел покинул свою страну и поселился в Кишиневе, который в те времена входил в состав Российской империи. В Румынии нашелся один подлый доносчик, который ненавидел Менделя. Он воспользовался первой же возможностью, чтобы сообщить румынским властям, что Мендел нашел клад — сундук, полный золотых монет! — и сбежал в Россию. А ведь деньги-то по закону полагаются румынскому царю… Правительство Румынии направило правительству России запрос об экстрадиции Менделя, но российские власти отказалось его выдать, потому что он уже получил гражданство России. Они предложили румынам подать на него в суд в Кишиневе, что позволит им прислать прокурора, свидетелей, а там разберутся.

Мендел поехал к рабби Арье-Лейбу из Шполы по прозвищу Шполер Зейде («Дедушка из Шполы») и рассказал ему свою историю. Ребе успокоил его и посоветовал не беспокоиться о суде, но он должен сделать все от него зависящее, чтобы судебное слушание состоялось на Пурим. Он также сказал ему, что не надо нанимать адвоката, потому что он сам пошлет ему отличного защитника. Мендел спросил: «А сколько это будет стоить?» Шполер Зейде ответил, что он устраивает свадьбу двух сирот, и если Мендел сможет пожертвовать триста рублей на эти цели, то ребе сам заплатит даже судебные издержки. Мендел с радостью пожертвовал всю сумму, и ребе благословил его. Мендел спросил, когда он сможет встретиться с адвокатом. «Вы увидитесь с ним уже в суде. Только приготовьте заранее доверенность, в которой вы поручаете адвокату вести ваше дело», — ответил ребе. «Но как я узнаю его?» — спросил Мендел в замешательстве. «Очень легко, — улыбнулся Шполер Зейде. — Он будет в белой шляпе и красных перчатках».

Мендел вернулся в Кишинев. После долгих усилий ему удалось отложить судебное разбирательство до праздника, о чем он немедленно известил ребе.

За четыре недели до Пурима Мендел получил официальное уведомление по иску против него и повестку в суд. Незадолго до Пурима Мендел нашел кого-то, кто ехал в Шполу, чтобы провести праздники с Ребе. Мендел послал ему квитл (записку) с просьбой о благословении и деньги на цдоку для бедных на Пурим.

Тем временем Шполер Зейде стал готовить Пуримшпиль. В Шполе был обычай: если власти грозили еврею судом или другими напастями, то на Пурим ставили спектакль, в котором хасиды разыгрывали сюжет о предполагавшихся событиях. Причем конец спектакля был таким, как велел ребе. Много глубоких тайн было в этих веселых представлениях, много людей потом спаслось от настоящей беды.

На этот раз было объявлено, что артисты будут представлять суд над евреем по имени Мендел. Главного судью играл раввин местечка. Человеку, который изображал прокурора из Румынии, вымазали лицо сажей, а публику предупредили, что как только он откроет рот, надо смеяться и издеваться над ним. Один хасид играл Мендела, другой — доносчика и так далее. В роли защитника выступал сам Шполер Зейде. Он накинул на шляпу белый шелковый платок и надел красные перчатки. Когда судьи предоставили ему слово, он стал объяснять, что доносчик действовал со злым умыслом, что историю про клад он придумал, а если даже и не придумал, то румынский царь не имеет никаких прав забирать его у Мендела…

Ребе говорил красиво и очень убедительно. Лишь только он закончил, как «судьи» тут же решили, что Мендел ни в чем не виноват. А «прокурора» вытолкали вон и велели, чтобы он поскорее отмылся от сажи. После этого ребе с хасидами уселись за стол праздновать Пурим.

Вскоре пришла весть из Кишинева, что Мендел выиграл дело и едет в Шполу. Стоило ему появиться в местечке, как люди обступили его и наперебой стали расспрашивать, как прошел суд. Мендел рассказал, что адвокат был очень хороший и выступал так, что заслушаешься. А когда он повторил его речь, то выяснилось, что это было слово в слово то, что ребе говорил во время Пуримшпиля!

Когда хасид пришел к цадику, тот с улыбкой спросил:

— Что, Мендел, хорошего защитника я тебе прислал?

— Конечно, — ответил Мендел, — все слушали его, раскрыв рот. Благодаря ему дело решилось в мою пользу…

— Знай, что это был ангел, — сказал Шполер Зейде. — Он появился потому, что ты помог бедным сиротам пожениться. Ты снова встретишь его, когда будешь на Небесах давать отчет о своих делах в этом мире. И опять он будет готов защищать тебя.

…Hа следующей неделе евреи всего мира, с Б‑жьей помощью, будут отмечать праздник Пурим. А знаете ли вы, почему на Пурим мы переодеваемся в маскарадные костюмы? Конечно, одна из причин состоит в том, чтобы вспомнить историю царицы Эстер. Она росла в доме Мордехая — еврея, который очень гордился своим еврейством. В Мегилас Эстер (Свитке Эстер) мы читаем, что Мордехай никогда и не перед кем «не становился на колени и не кланялся» никому. Он был человеком, который не преклонился перед Аманом и не боялся открыто демонстрировать свое еврейство. И тем не менее, когда Эстер попала в царский дворец, Мордехай дал ей однозначное наставление: не раскрывать свое происхождение, чтобы царь не узнал, что она еврейка.

Казалось бы, как она могла это скрыть? Ведь ее забирали из дома Мордехая! Прежде всего, следует сказать, что, по-видимому, Эстер не была похожа на еврейку, потому что в противном случае ей было бы трудно рассказывать все эти истории. Кроме того, комментаторы объясняют, что Эстер была круглой сиротой, выросла без отца и матери (Талмуд, трактат «Мегила», 13а). Девушка сказала Ахашверошу, что она — «найденыш», Мордехай подобрал ее на улице и приютил, но ее родители не были евреями. Так что нам следует помнить тот факт, что Эстер скрывала свое происхождение, благодаря чему и произошло тогда чудо. Это и послужило одной из причин того, почему в Пурим мы перевоплощаемся, надевая маски и костюмы других людей.

Однако существует еще одна точка зрения на причины возникновения этого обычая. Читая Свиток Эстер, мы обращаем внимание на одну странную особенность: в нем не упоминается Имя Б‑га. В это трудно поверить, но в книге, которая является частью Священного писания, ни разу не написано Имя Б‑га! В Свитке не говорится о том, что евреи молились Всевышнему, что Б‑г сотворил чудо, что после того, как пришло чудесное спасение, сыны Израиля благодарили Всесильного — ни слова обо всем этом! В рассказе о Пуриме Всевышний «скрывает» Свое присутствие. Кажется, что Он работает только «за кулисами», и мы не видим, что именно Б‑г — творец этих чудес. И поэтому, чтобы помнить, что Г‑сподь спрятал Свое лицо, «сменил одежды» в этой истории, но на самом деле именно Он сотворил все чудеса, и мы на Пурим скрываем свою личность под карнавальными костюмами.

Интересный вопрос заключается в том, когда появился этот обычай и в каких письменных источниках он упоминается. Например, о том, что надо посылать мишлоах монойс на Пурим написано в самой Мегилас Эстер. О «подарках для бедняков», о заповеди давать бедным цдоку, тоже говорится там же, как и о заповеди праздничного пира и чтения Свитка Эстер. Закон, по которому человек должен выпить в Пурим больше обычного, хотя и не записан в самом Свитке, но об этом сказано в Талмуде (трактат «Мегила», 7б). То есть, он был установлен 15–17 веков назад. А когда возник обычай «переодевания»? В священных книгах мы нигде не найдем упоминания о маскарадных костюмах. Откуда появился этот обычай у еврейского народа?

Первое упоминание об этом в еврейской литературе мы находим около семисот лет назад в Германии. Один раввин рассказывает о том, что есть евреи, которые меняют одежды на Пурим, причем сам раввин относится к этому отрицательно. В следующем поколении об этом обычае рассказывается в книге раввина, жившего в Провансе (область во Франции), после этого мы находим упоминание о нем в Италии. Короче говоря, это ашкеназский обычай, который зародился в Германии, был заимствован евреями Франции и Италии, и было много раввинов, которым сам обычай не нравился и они утверждали, что это «распутство», а не радость от исполнения мицвы. Тем не менее, эта практика распространилась по всему миру, и сефардские евреи ее тоже переняли. Сегодня нет в мире ни одной общины, в которой на Пурим не наряжались бы в маскарадные костюмы.

Существует еще один интересный пуримский обычай: раашаним — «трещотки». Когда в синагоге во время чтения Свитка Эстер произносят имя Амана, все громко стучат трещотками и топают ногами, чтобы стереть его имя. Этот обычай не упоминается ни в Свитке, ни в Талмуде, ни в мидрашах. Он тоже считается ашкеназским и берет свое начало во Франции, примерно в то же время, около семисот лет назад. И эта традиция распространилась и перешла от ашкеназов к сефардам. В наши дни нет в мире ни одной синагоги, где на Пурим не было бы детей с трещотками.

Следует отметить, что кроме пуримских обычаев есть и другие традиции, созданные последующими поколениями, но их соблюдают сегодня все евреи. Например, во всех общинах на Рош ѓаШоно принято совершать обряд Ташлих на берегу реки, моря или другого водоема. Этот обычай не упоминается в Талмуде. Он возник у ашкеназов примерно в то же время, около семисот лет тому назад. И сегодня эта традиция распространилась на весь народ Израиля.

А вот еще один пример: во время проведения Пасхального Седера в каждом еврейском доме в центре стола ставят кос шель Элияѓу («бокал пророка Элияѓу»). Это выражает веру народа Израиля в то, что пророк Элияѓу придет в ночь Седера и возвестит о приходе Мошиаха. И это тоже ашкеназский обычай, введенный еще позже предыдущих, и он распространился среди всех евреев. В наше время вряд ли найдется еврейский дом — ашкеназский или сефардский — где на пасхальном столе не был бы поставлен кос шель Элияѓу

Что представляет собой обычай? Как он входит в практику повседневной жизни? Ответ прост: если представить, что в какой-то общине решили сделать что-то дополнительное, чтобы выразить свою любовь к определенной заповеди (и, конечно, это не противоречит, не дай Б‑г еврейскому закону), и они делают это из года в год, то это становится обязанностью для всей общины (что-то вроде обета). Нечто подобное мы находим в Талмуде (трактат «Псохим», 50б): «Обычай отцов города становится обязательным для всех будущих поколений этого города, как сказано (Мишлей, 1: 8): «Слушай, сын мой, поучение отца твоего и не оставляй Тору матери твоей». Как только старейшины общины принимают какой-нибудь обычай, который укрепляет их связь с иудаизмом, он становится традиционным для всех евреев — членов этой общины, и долг будущих поколений продолжать делать то же самое. И там, куда этот обычай приходит, и где большинство местных евреев начинают исполнять его регулярно, он становится неотъемлемой частью еврейской жизни.

На протяжении веков своего существования еврейский народ принял таким образом множество обычаев, и они стали обязательными для будущих поколений. Так что в следующий раз, когда кто-то спросит вас: «Где это написано?», отвечайте, что это не должно быть нигде написано, «это высечено на сердце народа Израиля». Если этот обычай является частью служения Всевышнему и укрепляет еврейское самосознание, то это обязывает всех нас следовать ему.

В этом году на Пурим, когда вы придете в синагогу, чтобы прочитать Свиток Эстер, Б‑г даст, мы будем стремиться соблюсти два ашкеназских обычая, которые были приняты всем еврейским народом: мы все будем в маскарадных костюмах и вооружимся трещотками.

Веселого вам праздника!

Комментарии: Что представляет собой обычай?
Нет добавленных комментариев