Printed fromchabad.odessa.ua
ב"ה

Праведник – величие, сияние, великолепие…

Четверг, 22. Ноябрь, 2012 - 11:19

 

IMG_2605_Rabbi of Odessa_Avraam Volf2 копия.jpgВ эти недели мы читаем главы Торы, посвященные жизни Авраѓама, Ицхока и Яакова — наших праотцев и великих праведников… Много раз члены нашей общины спрашивали меня, какие чувства может испытывать простой человек к праведнику и каковы отношения между ними. На этой неделе, когда Раши объясняет, какие чувства испытывают люди к праведникам, я также попытаюсь рассказать о том, что чувствует хасид к своему ребе, простой еврей перед праведником поколения, и как каждый из нас должен использовать это в нашей повседневной жизни…

Наша сегодняшняя недельная глава «Вайейцей» начинается со слов: «Яаков же вышел из Беер-Шевы и пошел в Харан» (Брейшис, 28: 10). В предыдущей главе рассказывается о том, что Ицхок, выйдя из Грара, поселился в Беер-Шеве, и там он благословил Яакова вместо Эйсава, который, узнав об этом, решил отомстить брату. Поэтому Ицхок позвал Яакова и отправил его из Беер-Шевы в Падан-Арам. Казалось бы, Тора не должна писать «Яаков же вышел из Беер-Шевы», потому что мы знаем, откуда он вышел, а можно было бы написать только «Яаков пошел в Харан». Об этом говорит и Раши в своем комментарии: «Не нужно было писать ничего, кроме «Яаков пошел в Харан», — и продолжает: — Почему упоминается его уход из города? Потому что уход праведника из какого-либо места меняет ситуацию там. Праведник — это ѓойдо («величие»), зиво («сияние»), ѓодоро («великолепие») города, в котором он живет. Уход праведника означает потерю величия, потерю сияния, потерю великолепия».

Итак, пишет Раши, когда праведник находится в городе, он — «великолепие, сияние, величие». Нам следует разобраться, что означают эти три понятия. Ведь Раши использует их не только для красоты выражения — каждое из них несет свою смысловую нагрузку и указывает на аспекты влияния праведника на «город» (в более широком смысле — на все его окружение).

На фарбренгене 7 кислева 5748 года Любавичский Ребе объяснил смысл комментария Раши и раскрывает значение этих слов.

Ѓодоро — происходит от корня ѓодор («красота, великолепие»), как сказано: «Веѓодарто пней зокен — и почитай старца» (Ваикро,19: 32), что означает уважение к мудрецу и праведнику (слово зокен рассматривается как аббревиатура слов зе коно хохмо — «этот обрел мудрость»). И когда мы говорим о праведнике ѓодоро, это означает, что он является предметом гордости города, его честью и достоинством. Так же, как город считается достойным уважения, если в нем есть много книг (или много денег). Так что когда праведник находится в городе, то он — «великолепие», символ уважения к этому городу.

Зиво — сияние, как красота сияния Солнца и Луны. Поэтому, когда праведник в городе, то это зиво — он излучает сияние на его жителей. Мудрое руководство праведника и его добрые дела воздействуют на город, люди, вдохновленные его примером, учатся, как вести себя правильнее, лучше, как быть ближе к Творцу.

Ѓойдо тоже может означать сияние, как зиво. Но это такой свет, который порождает страх. Об этом свете говорит Тора: «Увидел Аѓарон и все сыны Израиля Моше — и вот: лицо его светится, и побоялись приблизиться к нему» (Шмойс, 34: 30). То есть под величием мы понимаем здесь тот трепет, который внушает городу праведник.

Подтверждение этому мы находим в другом месте Торы, когда Всевышний дает указания Моше по поводу его преемника Йеѓошуа: «И возложи от великолепия твоего (меѓойдехо) на него…» (Раши говорит: «Это сияние его лица», см. Шмойс, 34: 29–30). Тора продолжает: «…чтобы его они слушали, вся община сынов Израиля», и Раши объясняет: «Чтобы относились к нему с почтением и трепетом, как относятся к тебе» (Бамидбор, 27: 20). В Талмуде объясняется: «Это сияние лица: у Моше — как сияние солнца, у Йеѓошуа — как сияние Луны».

Но, несмотря на сходство терминов зиво и ѓойдо, между ними существуют различия. «Величие» отличается от «сияния». Оно имеет иное содержание и смысл. «Величие» — это непростое сияние, коль оно вызывает благоговение и страх. У солнца и луны тоже есть свет и сияние, но они не вызывают чувств благоговения и страха, а напротив — только чувство наслаждения. А «сияние лица Моше» привело к тому, что люди «побоялись приблизиться к нему».

В то время, когда праведник находится в городе, он — «величие». В дополнение к свету, который он излучает на людей, в дополнение к зиво, существует также ѓойдо — «величие». Он излучает свет, вызывающий в людях состояние битуль — смирения, чувства страха и благоговения.

Так объяснял Ребе различия между этими тремя словами из комментария Раши.

…В то время, когда Ребе физически был с нами здесь, когда мы видели его ежедневно, нужно было работать над нашими эмоциями, совершенствуя свое чувство любви к Ребе, чтобы любить его так, как сын любит отца. Поскольку все реально ощущали чувство благоговения перед Ребе, не было необходимости вызывать в себе еще и чувство страха. «Величие», вызывающее трепет, и так естественным образом рождалось в каждом. Довольно было одного раза, чтобы святые глаза Ребе встретились с вашими, чтобы вы прекрасно почувствовали на себе, что означает «он — величие», и испытали битуль и смирение.

Известны многочисленные примеры ситуаций, в которых люди проявляли благоговение и трепет перед Ребе. Я на своем личном примере расскажу о том, что видели и чувствовали многие из моих товарищей, посетивших Ребе. Каждый, кто читает сейчас эту статью, может попытаться представить себе ситуацию и постараться испытать это чувство. Речь идет о вечерней молитве на исходе Субботы в «маленьком зале». Ребе стоит на своем месте в северо-восточном углу зала, у пюпитра спиной к молящимся. Произносится завершающий Кадиш, Ребе закрывает Сидур и поворачивается, оказываясь лицом к общине, и всматривается в то место, где в узком проходе между двумя столами в западной части зала стоит человек, читающий текст Ѓавдолы. В зале совсем немного людей — он вообще вмещает не так уж много молящихся, особенно, когда речь идет о «простой Субботе», а не об одной из молитв в месяце тишрей или на исходе праздника. Физическое расстояние между вами и Ребе незначительно — метр, два, три, не намного больше. Только небольшой проход остается между Ребе и тем, кто произносит Ѓавдолу. Ребе наблюдает за ним, а иногда его глаза оглядывают собравшихся… Вы стоите и смотрите на Ребе, одновременно пытаясь… спрятаться за спиной вашего соседа — только бы не оказаться в первом ряду, напротив Ребе! Но вот глаза Ребе находят ваши, всматриваются в вас. Вы не можете взглянуть на Ребе, вы боитесь поднять глаза, вы чувствуете, как его взгляд пронзает вас насквозь!.. Когда вы вспоминаете об этом сегодня, ваш пульс учащается, сердце сжимается от страха. Вы снова переживаете эти чувства: благоговение, битуль и смирение.

Те же чувства каждый из нас переживал и на фарбренгенах. Вы стоите с бокалом вина в руке и ждете знака Ребе, когда он говорит: «Лехаим!» Ребе поворачивает голову и смотрит на стоящих справа и слева от вас, затем на тех, кто сзади. И вот его взгляд пронзает вас… Он вглядывается в вас, смотрит и смотрит, и нет ничего в мире, кроме глаз Ребе, прожигающих вас сейчас. Несколько минут Ребе неподвижен, а потом он переводит взгляд…

Мы испытывали это много раз, по разным поводам, особенно те, кто удостоился аудиенции у Ребе — они испытывали этот страх с десятикратной силой.

Таким образом, это чувство священного трепета ощутил каждый из нас. В те годы мы должны были пробудить в наших сердцах ощущения «сияния» и «великолепия», но чувство благоговейного страха было у всех, кто стоял рядом с Ребе.

Сегодня, когда мы уже долгое время не имеем возможности видеть проницательный взгляд Ребе, когда в последние годы душа наполнена тоской о нем, главное чувство — это любовь к Ребе. Иногда кажется, что чувство священного страха отступает немного в сторону, и мы должны заново пробудить его в себе!

Многие годы мы в нашей синагоге, как и в тысячах общин по всему миру, показываем на исходе каждой Субботы после вечерней молитвы видео о Ребе. Без сомнения, много людей живет сегодня с Ребе в душе именно благодаря тому, что они смотрят эти видеофильмы. Речь идет о небольших фрагментах фарбренгенов, церемоний раздачи долларов, особых моментов из жизни Ребе, рассказов о нем и т. д. Но больше всего в этих видео мы чувствуем исключительное величие праведника. Они несут людям его сияние, свет Ребе, его мудрое руководство и его добрые дела, его учение и достоинство. Но священного трепета мы там не находим. Страх — это то, что мы должны выработать в себе сами и заново пробудить его в себе.

В прошлом году, как и каждый год, посланники, учащиеся иешивы, группы раввинов и просто хасиды праздновали Субботу в братской, дружеской атмосфере на съезде посланников Любавичского Ребе в Нью-Йорке. Двое посланников заговорили о календаре, изданном одним из них. Его друг утверждал, что некоторые из материалов и фотографий, которые он опубликовал в календаре, не достойны посланника. Они не на сто процентов соответствует тому, что Ребе хотел бы от него.

Я слышал, как издатель объяснял, что календарь вызывает уважение к иудаизму, материалы, содержащиеся в нем, доподлинно передают читателю слова Ребе и его учение. Однако друг не принял его объяснений, он сосредоточил внимание на материалах, которые, по его мнению, не были достойны публикации. Чтобы продемонстрировать своему другу, насколько надо быть особо осторожным в публикациях, он сказал: «Представь, что ты заходишь на аудиенцию к Ребе и кладешь на стол этот календарь. Ребе берет его, перелистывает страница за страницей, и переводит взгляд с тебя на календарь и обратно, смотрит на страницу и снова — на тебя. Будешь ли ты после этого печатать его в том виде, в котором издал, или воздержишься от публикации некоторых материалов, что-то изменишь?» На этом спор между ними закончился, и в ходе дальнейшего обсуждения было решено: календарь успешно прошел испытание на ѓодоро и зиво, но проверки на ѓойдо, священный трепет, не выдержал.

Наша общая задача — и тех, кто видел Ребе, и тех, кто, к сожалению, не удостоился его увидеть «вживую», но видел его на экране, всех нас, кто хочет быть приверженцами праведника поколения, — разбудить в себе священный трепет, чтобы напомнить себе снова и снова то чувство, которое мы испытывали, когда Ребе смотрел на нас. Перед тем, как совершить что-то, значительное или не очень, надо вспомнить внимательный взгляд праведника, который всегда смотрит на вас. В эти мгновения мы должны осознавать, что он не только зиво и ѓодоро, не просто выдержать экзамен его мудрого руководства и добрых дел — но и не забывать, что деяния эти должны пройти испытание трепетом перед Ребе. Ведь если наши начинания не пройдут испытания трепетом, ѓойдо, если мы не будем напоминать себе и все время испытывать «страх перед ним», тогда нам не будет доставать и «великолепия» и «сияния».

Как осуществить это, как реализовать это чувство в повседневной жизни? Каждый может найти свою собственную дорогу к нему. Достаточно каждое утро подумать о том, что вы должны в конце дня сесть и подвести его итоги на бумаге, которую потом отправите Ребе. А на следующее утро вы должны подумать, как вы продвигаетесь вперед по сравнению с предыдущим днем. И вы знаете, что должны отправить этот отчет Ребе, может быть, даже лично положить ему на стол, и посмотреть, как он это читает, — тогда вы почувствуете еще большую ответственность.

Мы должны убедиться, что мы будем жить с ощущением «праведник в городе» — так или иначе, осуществим все, что необходимо для сохранения великолепия, сияния и величия, вызывающего священный трепет. И не дай Б‑г нам дойти до такого состояния, когда город покинет «трепет», ибо тогда его могут оставить и «великолепие» и «сияние»…

Комментарии: Праведник – величие, сияние, великолепие…
Нет добавленных комментариев