Printed fromchabad.odessa.ua
ב"ה

Лечение головы через… ногу

Четверг, 20. Декабрь, 2012 - 9:11

IMG_2605_Rabbi of Odessa_Avraam Volf2 копия.jpgРедактор израильского журнала «Кфар-Хабад» рав Аѓарон-Дов Гальперин как-то рассказал, что в одной из своих поездок познакомился с рабби Хаимом-Цви Шварцем. Тот не был любавичским хасидом — перед войной его семья была среди последователей ребе из Мункача (Мукачево), но в 1946 году он обратился за советом и благословением к тогдашнему Любавичскому Ребе Йосефу-Ицхоку Шнеерсону. Хаим-Цви был тогда молодым человеком, потерявшим из-за Холокоста всю свою семью, беженцем, который не мог понять, что ему дальше делать со своей жизнью.

— Поговорите с моим зятем Менахемом-Менделом, — сказал Ребе, благословив Хаима-Цви.

Зять Ребе посоветовал молодому раввину поселиться в одном из городов Бразилии.

— Почему в Бразилии?

— Там много беженцев-евреев. За последние годы на долю нашего народа выпало много тяжких испытаний, и поэтому большинство евреев не получили даже основ еврейского образования. Многие уже стали жертвами ассимиляции, вступают в браки с неевреями. Долг каждого еврея, знающего Тору, бороться с духовным разложением нашего народа. Отправляйтесь в Бразилию, помогите создать там общину образованных и соблюдающих традиции евреев.

Рав Шварц взял на себя эту миссию. Он переехал в Бразилию и открыл там дневную еврейскую школу. Много сил и труда ушло на то, чтобы найти средства, подготовить преподавателей, убедить людей в том, как важно давать детям еврейское образование. Шли годы, школа процветала, ее выпускники стали ядром еврейской общины.

Хаим-Цви поддерживал теплые отношения с человеком, пославшим его в Бразилию. Тем временем, после того как в 1950 году скончался его тесть, рабби Менахем-Мендел Шнеерсон возглавил Любавичское движение. По особенно трудным вопросам рав Шварц всегда советовался с Ребе. Однажды он имел случай лично убедиться, насколько велика забота Ребе о своих подопечных. Об этом раввин Шварц и поведал любавичскому хасиду, с которым встретился в самолете, когда летел из Бразилии в Нью-Йорк:

«Как-то мне позвонили родители одного из моих учеников и попросили о встрече. Ничего необычного в этом не было, но они говорили так взволнованно, что я понял — дело непростое, и в тот же вечер пригласил их к себе домой.

— Это не имеет отношения к моему сыну, — сказал отец мальчика, когда мы расположились у меня в кабинете. — В вашей школе он достиг замечательных успехов. Дело в нашей дочери, которая выросла здесь и повзрослела еще до вашего приезда. Как вам известно, мы не строго придерживаемся традиций, однако для нас крайне важно, чтобы наши дети ощущали себя евреями. Поэтому мы и отдали сына в вашу школу, хотя она намного «религиозней», чем мы сами.

А суть дела вот в чем: дочь сообщила нам, что влюбилась в нееврея и собирается замуж. Мы всячески пытались ее отговорить, но ни доводы, ни просьбы, ни угрозы никакого действия не возымели, и теперь она вообще отказывается с нами что-либо обсуждать и вообще ушла из дома. Вы — наша единственная надежда! Может, вам удастся ее переубедить, объяснить, что она предает свой народ, родителей и себя.

— Согласится ли она со мной встретиться? — спросил я.

— Если узнает, что мы уже с вами говорили, то наверняка нет.

— Значит, я сам пойду к ней.

Я взял у родителей ее адрес и в тот же вечер отправился ее навестить. Узнав о цели моего визита, она, похоже, обиделась, но, будучи человеком воспитанным, вынуждена была пригласить меня в дом. Мы проговорили несколько часов. Она выслушала меня вежливо и пообещала подумать, но уходил я с чувством, что речи мои вряд ли повлияют на ее решение.

Несколько дней это дело не выходило у меня из головы — я пытался придумать, как не допустить потери еще одной еврейской души. И тогда я вспомнил о Ребе: вся надежда была на него одного! Я позвонил его секретарю, раву Ходакову, рассказал о случившемся и попросил совета Ребе. Через несколько минут раздался телефонный звонок.

— Ребе просит передать этой девушке, — сказал рав Ходаков, — что один еврей из Бруклина из-за того, что она собралась замуж за нееврея, потерял сон.

Столь неожиданный ответ смутил меня: я никак не мог понять, о ком идет речь.

— Что это за еврей? — удивился я.

И тут на другом конце провода раздался голос Ребе:

— Его зовут Мендел Шнеерсон…

Я озадаченно опустил трубку. Могу ли я поступить так, как сказал Ребе? Да она захлопнет передо мной дверь! Промучившись всю ночь, я решил передать девушке совет Ребе. В конце концов, на карту поставлена еврейская душа, а мне, кроме моей гордости, терять нечего.

Рано утром я был у нее.

— Послушайте! — сказала она, не дав мне раскрыть рот. — За кого я выйду замуж — это мое дело и только мое. Я уважаю раввинов и верующих людей, поэтому не указала вам на дверь, а выслушала. Прошу вас, уходите, не донимайте меня больше.

— Я должен вам еще кое-что сказать…

— Говорите и уходите.

— Один еврей из Бруклина из-за того, что вы собрались замуж за нееврея, потерял сон.

— И вы пришли мне об этом сообщить? — воскликнула она и собралась закрыть дверь, однако, прежде чем сделать это, все-таки спросила: — Кто этот еврей?

— Рабби Менахем-Мендел Шнеерсон, Любавичский Ребе, — ответил я. — Его очень заботят материальное и духовное благосостояние каждого еврея, он страдает о каждой душе, потерянной для своего народа.

— Как он выглядит? У вас есть его фотография?

— Где-то есть. Я вам ее принесу.

К моему удивлению она не стала возражать, но молча кивнула. Я помчался домой, перерыл все в поисках фотографии Ребе. Нашел ее и тут же кинулся назад.

Девушка бросила взгляд на фотографию Ребе и побледнела.

— Да, это он, — увидев мое изумление, она объяснила: — Уже целую неделю этот человек является мне во сне и уговаривает не оставлять своего народа. Я решила, что этот образ еврейского мудреца — плод моего воображения, и то, что он говорил мне, — только ваши слова и слова моих родителей, застрявшие у меня в голове. Но оказывается, это не выдумка. Я никогда в жизни не встречала этого человека и не видела его фотографий, даже не слышала о нем. Но он — это тот, кто является мне во сне!..

Как вы понимаете, эта девушка, в конце концов, не вышла замуж за нееврея», — закончил свой рассказ раввин Шварц.

…Вы когда-нибудь могли себе представить, что существует связь между акупунктурой ноги и… единством народа Израиля?

В начале нашей недельной главы «Ваигаш» мы читаем о волнующей встрече Йосефа со своими братьями, после того, как они были обвинены в краже: кубок Йосефа был найден в суме Биньямина. Йеѓуда решительно подступил к Йосефу (впрочем, тогда он еще не знал, что этот египетский вельможа — его брат), он был полностью готов один на один противостоять наместнику повелителя Египта, крупнейшей сверхдержавы мира того времени, чтобы спасти своего брата Биньямина. И в своем обращении к «египтянину» Йеѓуда объяснил, почему именно он стоит перед ним, а не другие братья: «Ибо твой раб поручился за отрока» (Брейшис, 44: 32). Раши в своем комментарии добавляет от имени Йеѓуды: «А если спросишь, почему я в спор вступаю больше других братьев, то знай, что все они в стороне, я же связал себя накрепко узами клятвы: если не приведу Биньямина к моему отцу, быть мне отверженным в обоих мирах».

Вспомним, что мы читали на прошлой неделе в главе «Микейц». Йеѓуда сказал Яакову: «Отпусти отрока со мною, и мы поднимемся и пойдем, и будем жить и не умрем — и мы, и ты, и наши малые дети. Я поручусь за него, из моих рук его истребуешь. Если не приведу его к тебе и не поставлю его пред тобой, грешен буду я пред тобой во все дни…» (Брейшис, 43: 8, 9).

Что означает это поручительство Йеѓуды за Биньямина, и почему именно Йеѓуда взял на себя эту ответственность? Чтобы понять это, нам нужно сделать сначала небольшое отступление.

Организм человека совершенен тогда, когда все его органы целы и невредимы и функционируют должным образом. Но есть три способа, которыми органы формируют совершенство тела, три уровня единства между отдельными органами тела, которые создают единство организма.

Первый способ — тело единая система только тогда, когда оно имеет все органы. Если в организме не хватает хотя бы одного органа, даже если он является самым маленьким и «незначительным», все тело не считается цельным. У него есть недостаток.

Второй способ — более высокая ступень совершенства, на которой создается такое единение между всеми органами, что каждый из них дополняет другие. Мало того, что каждый орган вносит свой вклад в общую целостность тела, как в предыдущем способе, но он также дополняет и усиливает превосходство других органов.

Мы все знаем методы лечения, основанные на воздействии на точки акупунктуры на стопе или на ухе. Поэтому укол в ногу, например, может улучшить зрение или повлиять на другие органы чувств. Нога «содействует» и дополняет работу головы.

Или, говоря проще: голова без ног не может перемещаться с места на место. Голова нуждается в ногах, чтобы ходить. Так что в плане ходьбы, нога своего рода «голова» для головы, она дополняет то, чего той не хватает. Это единство и целостность связаны с тем, что каждый орган отражает общую уникальность гармонии тела.

Общим знаменателем этих двух способов единства является то, что каждый орган выражает свое особое назначение, свою собственную уникальность, а посредством различий между органами выражается совершенство и единство всего организма.

Но существует еще более высокая степень единства, третий способ, когда каждый орган ощущает себя неотъемлемой частью человеческого тела, не только в плане выполнения его непосредственных функций и личного участия в жизнедеятельности организма, но самим фактом принадлежности к этому организму. Вклад каждого отдельного органа в совершенство тела соответствует вкладу других органов, все его части равноправно участвуют в создании человеческого тела. И таким образом создается подлинное единство. Нет более или менее важного, все органы вместе создают совершенство тела, все они части одного целого.

Народ Израиля подобен человеческому организму. Единство Израиля и тот факт, что «все евреи ответственны друг за друга», проявляются на трех уровнях.

Первый — народ Израиля един и совершенен, когда есть в нем разные люди. Как об этом сказано в главе «Ницовим»: «Все вы стоите сегодня пред Г‑сподом, Б‑гом вашим: главы ваших колен, ваши старейшины и ваши смотрители, все мужи Израиля… от твоего дровосека до твоего водочерпия» (Дворим, 29: 10). И когда кто-то из этих разных типов людей отсутствует в народе — целостность общности «тела» Израиля нарушается, ибо каждый участвует в становлении народа.

Второй — все евреи внесли свой личный вклад в единство собственного народа. У одного человека есть то, чего нет у другого, и каждый из них привносит свой талант и силу в общую народную массу. Один дополняет другого, и дает ему то, чего у него нет.

Третье — самое высокое единство, где каждый еврей чувствует, что он неотъемлемая и равная часть в общности народа Израиля. Мы все равны, никто не выше другого, но мы все равны в том, что мы евреи. У каждого из нас есть еврейская искра, а пинтеле ид, и мы все равны, мы все способствуем существованию народа Израиля.

Йеѓуда был «гарантом» для Биньямина в третьем, более глубоком смысле. Он был не только ответственным за то, чтобы погасить долг за кражу Биньямина, но это была более весомая гарантия, подтверждающая, что каждый еврей является частью народа. И вы, и я равны, и вы, и я — мы единое целое.

Эта гарантия без раздумий, без расчета. Именно таким образом Йеѓуда вступился за своего брата и был готов столкнуться с наместником повелителя великой сверхдержавы того времени.

Почему именно Йеѓуда взял на себя всю ношу ответственности, в отличие от других братьев? Почему только его поручительство было наиболее весомо? Потому что Йеѓуда был «царем колен», от него родился Давид, основатель династии царей. Про Йеѓуду сказано: «Не отойдет скипетр власти от Йеѓуды и стило закона от потомков его, пока не придет Шило (как объясняет Раши, здесь имеется в виду Мошиах), и к нему стечение народов» (Брейшис, 49: 10).

Царь — это эквивалент всей нации. Он не только руководит всем народ, он также создает из отдельных людей нацию — единство общности некоего народа. Царь создает из всех граждан своего царства общность «мои подданные». Он создает из них гармонию единства на самом высоком уровне… Таким образом, именно Йеѓуда, который был царем, и осознавал значение единства в высоком его понимании, был наиболее весомым гарантом своего брата Биньямина.

На следующую неделю выпадает пост Десятого тейвеса — день, когда Навуходоносор, царь Вавилонский, начал осаду Иерусалима, которая после двух с половиной лет привела к разрушению города и Храма — дню Девятого ова.

Изгнание евреев из Святой земли и уничтожение еврейских святынь были, помимо прочего, следствием и беспричинной ненависти, разобщения сердец сынов Израиля между собой. И лекарством от этого греха является безраздельная любовь и единство в среде народа Израиля.

Осада, приведшая к разрушению, создала реальную основу для единства еврейского народа. «Нет входа и нет выхода» из осажденного города. Все жители собраны вместе, у них все становится общим: имущество, оружие, продовольствие и вода — все объединились, и все смешалось в одном общем котле.

Скрытая духовная цель осады состояла в создании единства народа Израиля. Это была своего рода «профилактическая мера» от последующего удара, которая позволяла таким образом избежать страшных последствий беспричинной ненависти. Если бы сыны Израиля услышали тогда это предупреждение и воссоединились в единый народ, то наказание изгнанием было бы отменено.

В эту Субботу, когда Йеѓуда представил за брата свое поручительство как часть гарантии единства народа Израиля, в Субботу перед днем Десятого тейвеса, днем начала осады, которая должна была привести народ к единству, — давайте укрепим свою любовь к ближнему, к каждому еврею. Ибо именно эта любовь устранит причину изгнания и принесет нам искупление в ближайшее время.

Комментарии: Лечение головы через… ногу
Нет добавленных комментариев