Printed fromchabad.odessa.ua
ב"ה

Связать творение с творцом

Четверг, 10. Октябрь, 2013 - 16:56

IMG_2605_Rabbi of Odessa_Avraam Volf2 копия.jpgПохоронив мужа и дочь, еврейская женщина осталась одна с тремя маленькими детьми, а вокруг бушевала война… Десятки тысяч людей бежали от немцев на восток, и эта семья тоже села на поезд в надежде уехать подальше от линии фронта. Проведя в дороге несколько недель, они оказались где-то в среднеазиатской глуши и нашли себе приют в небольшом ауле. Женщина стала искать хоть какую-то работу, чтобы выжить. Она не была достаточно сильна физически, но обладала душевной стойкостью, которая и помогала ей.

Работу она вскоре нашла, что дало ей возможность прокормить семью, но ее все время беспокоил вопрос: что будет с еврейским образованием детей? Вот старшему сыну, Боруху-Шолому, скоро исполнится тринадцать, а кто научит его надевать тфилин, кто подготовит к бар-мицве?!

Однажды на улице она увидела человека, похожего на хасида Хабада (он был с перевязанной головой — в то время так ходили многие хасиды, чтобы скрыть бороду). Тот тоже заметил ее и спросил на идиш, как она поживает. В ответ женщина взмолилась: «Что будет с образованием моих сыновей? Кто может учить их Торе? Как вырастить из них здесь, в эвакуации, Б‑гобоязненных евреев?» Незнакомец сказал ей: «В Самарканде работает подпольная иешива. Если хочешь, я могу взять твоего старшего сына с собой и передать его в хорошие руки…» Вдова сразу же согласилась и на прощанье крепко обняла сына. Камень упал с ее души, несмотря на то, что была война, и она не знала, когда они увидятся вновь.

Прошло несколько месяцев, и женщина снова встретила того хасида на улице. Взволнованная, она бросилась к нему с расспросами. Он передал ей привет от старшего сына, который с воодушевлением занялся учебой. Она снова начала умолять: «Старшего сына вы взяли с собой, и теперь он учит Тору. А что будет с моим средним сыном, Ицхоком? Ему тоже нужно учиться. Пожалуйста, возьмите в иешиву и его!» — «Это невозможно, — с грустью ответил хасид. — У мальчика нет документов, и если я возьму его с собой, он подвергнется слишком большой опасности. Кроме того, он еще молод и должен быть рядом со своей матерью». — «Разве молодость может быть препятствием для получения еврейского образования?!» — воскликнула вдова.

На следующий день мать привела Ицхока на станцию к поезду, в котором должен был ехать хасид. Она наказала ему спрятаться под лавку, не высовываться, но потом держаться хасида и следовать за ним. Последний поцелуй, крепкое объятие, и она втолкнула мальчика внутрь вагона. Двери закрылись, и поезд тронулся…

В тяжелых условиях эвакуации, без родных и друзей, жить было очень трудно. Но мысль о том, что два старших сына постигают Тору, согревала душу вдовы и облегчала ее страдания. А как же быть с Янкелем, младшим сыном? В мирные дни он бы уже ходил в хейдер и изучал там Мишну и даже кое-что из Талмуда. Кто займется его образованием здесь, в отдаленном ауле?

Всевышний опять пришел ей на помощь: в один прекрасный день она вновь встретила того хасида. Она подбежала к нему и спросила: «Как учатся мои дети? У них все в порядке? — а, получив ответы на свои вопросы, снова взмолилась: — Мой младший сын уже в возрасте хейдера. Что будет с его образованием? Кто будет учить его Ѓалохе, Мишне и истории еврейского народа?! Пожалуйста, возьмите и его в Самарканд — в иешиву. Там, вместе со всеми еврейскими детьми, он впитает в себя знания и дух хасидизма…» — «Нет! — категорически отказался хасид. — Я уже один раз, по вашей милости, подвергался опасности! У вашего ребенка нет надлежащих документов, и я не могу так рисковать, беря его с собой!..»

У вдовы уже был удачный опыт, и она решила сделать все возможное, чтобы ее сын оказался там, где изучают Тору. Поэтому на следующий день она пошла с сыном на железнодорожную станцию. Но произошло неожиданное. Мальчик прильнул к матери и сказал: «Мама, я не собираюсь никуда уезжать! Оба брата оставили тебя, и больше мы их не видели. Я не готов ехать в иешиву. Я останусь с тобой!»

«Мое сокровище, мой дорогой сын! Мне тоже трудно расставаться с тобой, — уговаривала она его, тщетно пытаясь сдержать дрожь в голосе. — Мне очень трудно, но я знаю, что для вашего еврейского образования лучше всего вам быть с еврейскими мальчиками, изучающими Тору. Даст Б‑г, мой дорогой сын, я буду много работать, буду экономить каждую копейку, приложу все усилия, чтобы побыстрее добраться до Самарканда и вновь соединиться с вами. Я обещаю тебе, сын, иди!» — и она легонько втолкнула Янкеле в вагон, двери которого через секунду закрылись. Свисток, и поезд тронулся в путь, увозя маленького сына и оставляя позади его мать — совсем одинокую, но… счастливую!

Она выполнила свое обещание и, с помощью Всевышнего, через некоторое время уже ехала в поезде, идущем в Самарканд. Когда после долгого путешествия она достигла пункта назначения и вышла на оживленный перрон, то суматоха и шум вокзала оглушили ее. Все смешалось в этом людском водовороте: солдаты, отправляющиеся на фронт; раненые, едущие с фронта в тыловые госпиталя; семьи беженцев, несчастные и отчаявшиеся… Все собрались вокруг бака с кипятком, который выдавали как большую драгоценность. Впервые с начала войны она почувствовала, что силы покидают ее «Куда ты пойдешь? — спрашивала она себя. — Как отыщешь в этом большом городе подпольную иешиву Хабада?!»

Вдруг, как будто во сне, она услышала голос Янкеля: «Мама! Мама!..» Она напрягла зрение, и… конечно же, вот он! Это не сон!

«Что ты здесь делаешь, сыночек? — спросила она, раскрывая свои объятья младшему сыну. — Что делает маленький мальчик на вокзале?» И Янкеле с детской непосредственностью ответил: «Мама, бо´льшую часть дня я учусь, но когда приходят поезда, проходящие через аул, где мы жили, я жду тебя здесь. Ты обещала мне, мама, а матери никогда не лгут! Я знал, что моя мать сдержит свое слово!»

…В нашей недельной главе «Лех-лехо» рассказывается о первом еврее — нашем праотце Авраѓаме (в то время у него было еще другое имя — Аврам; Авраѓамом он стал только в конце главы). Она начинается со слов: «И сказал Г‑сподь Авраму: «Иди с земли твоей, и с родины твоей, и из дома отца твоего на землю, которую укажу тебе». И в награду за выполнение этого повеления Всевышний обещает ему: «И Я сделаю тебя великим народом, и благословлю тебя, и возвеличу имя твое. И быть тебе благословением» (Брейшис, 12: 1, 2).

В конце предыдущей главы «Ноях» Тора говорит нам что у Тераха — отца Авраѓама — было три сына Аврам, Нахор и Аран, но ничего не рассказывается об исключительности Авраѓама. Он просто упоминается среди других сыновей Тераха. И дальше, без всякого предварительного объяснения того, кто такой Авраѓам, какова его сущность и предназначение, Тора говорит нам, что Б‑г повелел ему: «Иди с земли твоей…»

Мидраши полны описаниями достоинств Авраѓама, повествованиями о его поисках Единого Б‑га, Творца мира и о том, как он убеждал своих сограждан служить Всевышнему, подвергая себя иногда даже смертельной опасности (ведь именно за это он был брошен в раскаленную печь). Но все эти описания мы читаем только в мидрашах. Почему же в Письменной Торе, в тексте самого Пятикнижия нет никакого упоминания о великих и возвышенных деяниях Авраѓама, о сущности его характера?

Комментаторы объясняют это тем, что Тора не считала нужным раскрывать на своих страницах взгляды и верования язычников и поэтому не описывала споры между ними и Авраѓамом. Но все равно кажется, что краткая характеристика Авраѓама была бы вполне уместна в начале нашей недельной главы — подобно тому, как сказано о Нояхе: «Hoяx мужем праведным, цельным был в своих поколениях; с Б‑гом ходил Hoяx» (Брейшис, 6: 9). Очевидно, что Тора могла рассказать и об Авраѓаме, кратко описав его достоинства и не упоминая язычников. Нам следует понять, почему же первым описанием величия нашего праотца, являются слова: «И сказал Г‑сподь Авраѓаму: «Иди с земли твоей…»

Тора учит нас основам основ иудаизма, именно тем, что ничего не рассказывая о праведных деяниях Авраѓама, начинает повествование о нем с повеления Всевышнего, обращенного к нашему праотцу. Авраѓам был первым евреем, и то, что первое упоминание Торы о нем, как о посланнике Творца, связывается с Б‑жественным повелением, раскрывает значение и исключительность Авраѓама, а на самом деле — всего еврейского народа в целом и каждого еврея в отдельности.

Б‑г, Творец мира, бесконечен, безграничен, тогда как человек, Его творение, ограничен в своих возможностях. Расстояние между Творцом и творением — бесконечно и неизмеримо. Дистанция между Б‑гом и человеком вечна и беспредельна. Единственная возможность единения ограниченного творения и Творца — это исполнение Его повелений. Когда Всевышний обращается к человеку и велит исполнить Свою волю, то — независимо от того, каково это повеление, трудновыполнимо оно или совсем несложно, — в тот момент, когда человек исполняет его, устанавливается неразрывная связь между творением и Творцом (хасидизм в этой связи объясняет, что слово мицва родственно не только однокоренному слову цивуй — «приказ, повеление», но и слову цавта — «связь»: исполняя заповедь, человек связывается с Б‑гом, давшим ему эту заповедь).

До тех пор, пока Авраѓам служит Б‑гу по своему пониманию и инициативе, все его действия, даже самые возвышенные и самоотверженные, всего лишь действия «Б‑жьей твари», человека, ограниченного в своих возможностях. И как бы ни была возвышена эта деятельность, она не приближает человека к бесконечному Создателю. Но однажды Б‑г обращается к нему и говорит: «Иди с твоей земли…» — и он приобретает новую сущность. Теперь он уже не ограниченный в своих возможностях человек, ибо он выполняет мицву и у него возникает цавта — связь с Творцом. Именно это хочет подчеркнуть Тора, не рассказывая ничего об Авраѓаме до того, как он получил первое повеление Всевышнего.

Величие и сущность Авраѓама заключаются не в его замечательных деяниях: хотя он совершает самоотверженные поступки во Имя Б‑га, но это всего лишь деяния «творения», выдающегося, великого — но все равно ограниченного. Величие и сущность Авраѓама в его неразрывной связи с безграничным Творцом, поэтому первое описание в Торе достоинств Авраѓама начинается с исполнения им заповеди Всевышнего: «Иди с твоей земли».

Сила, достоинство и исключительность каждого еврея, как и нашего праотца Авраѓама, заключается в том, что Творец выбрал нас из всех народов и дал нам Свои заповеди. Еврей не является просто Б‑жественным созданием в этом мире. Он не такой, как все существа, потому что связан с безграничным Творцом. В этом и заключается его величие и избранность.

Когда мы встречаемся с евреем, который не соблюдает заповеди, и мы хотим приблизить его к их выполнению, нам представляются для этого два пути. Один — исполнить заповеди вместе с ним: наложить тфилин, благословить лулав, поставить мезузы в его доме и так далее. Второй — сначала объяснить ему так, чтобы он осознал, что есть Создатель, Который избрал народ Израиля и даровал ему Свою Тору и заповеди. Тогда надо рассказать суть заповеди тфилин как выражения работы сердца и ума — и только после этого, понимая значение и сущность мицвы, еврей сможет исполнить ее подобающим образом, сознательно и с воодушевлением. Второй подход утверждает, что можно выполнить мицву еще до ее понимания, но она будет «ущербной», несовершенной. Пока между человеком и мицвой не установится понимание и эмоциональная связь, ее исполнение не может считаться совершенным.

В нашей недельной главе Тора учит нас, что каким бы высокоразвитым ни был ум человека, он все равно будет ограниченным. Не в этом цель исполнения заповедей и таким образом нельзя приобщиться и установить связь — цавта — с Б‑гом. Только всеми силами души исполняя Его повеления, евреи могут прилепиться к Всевышнему. Именно это и говорит Г‑сподь Авраѓаму: «Хотя до сих пор у тебя были благие намерения, высокие достоинства и глубокое понимание — «своя страна» (арцехо от корня роцон — «желание, намерение»), «своя родина» (привычки и качества, с которыми ты родился), «дом отца твоего» (в Кабале понятия «отец» и «мать» символизируют разум, мудрость и знание), уходи от всего этого. Оторвись и поднимайся выше всех этих хороших, но ограниченных вещей! Ибо, несмотря на то, что они высоки, это просто твои ограниченные желания, твои ограниченные качества, твое понимание, ограниченное твоей человеческой природой. Иди в «землю, которую Я укажу тебе», исполняй повеления, которые даю тебе Я — безграничный Владыка! И соединяясь со Мной через исполнение Моих заповедей, ты станешь воистину великим! Не только относительно других творений, но великим в истинном понимании смысла этого понятия: «И Я сделаю тебя великим народом, и благословлю тебя, и возвеличу имя твое. И быть тебе благословением…» (Брейшис, 12: 2).

Комментарии: Связать творение с творцом
Нет добавленных комментариев