Printed fromchabad.odessa.ua
ב"ה

«Прошу лишь по силам вашим…»

Четверг, 08. Май, 2014 - 14:59

BB1_1622.jpgЭту историю рассказал редактор израильского журнала «Кфар-Хабад» рав Аѓарон-Дов Гальперин:

— В преддверии еврейских праздников Любавичский Ребе имел обыкновение писать открытые письма, объясняющие их сущность и духовный смысл. Эти письма начинались словами: «К сыновьям и дочерям Израиля». Со временем их стали переводить с идиша на многие языки. В Израиле они появлялись на страницах разного рода периодических изданий в переводе на иврит. Ребе обычно сам не корректировал тексты подобных переводов, тем не менее, с начала публикаций этих писем в еженедельнике «Кфар-Хабад» он начал корректировать перевод на святой язык, выполненный раввином Товия Блау.

В одном из этих писем мы заметили странное и для меня, и для переводчика исправление в тексте перевода. В письмах на идиш много раз употреблялось слово а ид («еврей»), и рав Блау обычно переводил его ивритским аналогом — йеѓуди. Но когда Ребе прислал свою корректуру перевода, оказалось, что почти повсеместно это слово было заменено на слово адам — «человек»! Несказанно удивившись, я позвонил секретарю Ребе, раввину Лейблу Гронеру, и спросил, знает ли он, что это значит. «Нет, — ответил рав Гронер, — я тоже крайне удивлен…»

Примерно через две недели я полетел в Нью-Йорк. В самолете до Парижа мое место оказалось рядом с арабским депутатом Кнессета от МАПАМ (Объединенной рабочей партии) Мухаммедом Ваттадом. Я был удивлен, обнаружив в нем человека с блестящим интеллектом и широким кругозором. Всю дорогу мы провели в интересной беседе, и даже обменялись мнениями по политическим вопросам, причем мой собеседник высказывался очень корректно, облекая самые категоричные аргументы в самую культурную форму.

Большим сюрпризом стали для меня его слова: «Должен вам сказать, что я до глубины души очарован личностью Любавичского Ребе, хотя и не разделяю его политических убеждений. Я всемерно восхищаюсь этим человеком. Я прочитал его открытые письма, которые публиковались в прессе, и его философские размышления о повседневной жизни чрезвычайно увлекли и захватили меня». И что самое удивительное — вслед за этим Ваттад начал пересказывать мне… содержание того самого письма, в котором Ребе заменил все слова «еврей» на «человек»! В завершение беседы он добавил: «Кстати, когда мои коллеги начали возражать против публикаций писем Ребе в партийной газете «Аль ѓамишмар», я встал и заявил, что, несмотря на наше несогласие с политическими взглядами Любавичского Ребе, его письма заставляют задуматься и дают духовную пищу даже мне, арабу. И этот аргумент перевесил чашу весов в пользу продолжения публикации…»

Приехав в Нью-Йорк, я пошел в секретариат и встретился с секретарем Ребе, раввином Биньямином Кляйном. Мы поговорили о том о сем, и среди прочего я рассказал ему о своей встрече с Ваттадом, и сказал, что это могло бы быть решением чудесной загадки того письма. Может быть, для того, чтобы повлиять на такого человека, как он, Ребе заменил конкретное «еврей» на более обобщенное «человек»? Потом я сказал: «После погружения в микву, даст Б‑г, я напишу Ребе докладную об этой встрече, в том числе и о его предложении (это было предложение о том, что арабские депутаты Кнессета воздержатся от голосования по поправке к закону, взамен на то, что еврейские депутаты воздержатся голосовать по вопросу о назначении мусульманских судей).

Примерно через час мне сообщили, что рав Биньямин ищет меня. Я пошел в секретариат, и он рассказал мне следующее: «Когда я ехал вместе с Ребе в машине, он спросил меня: «Что нового? Приехал кто-то из Израиля?» Я рассказал Ребе о вашем приезде и о встрече с депутатом Кнессета Ваттадом и, конечно, об открытом письме… Ребе выслушал доклад весьма критически, но в конце улыбнулся и сказал на идиш: «Разве он не заметил, что написано выше: «К сыновьям и дочерям Израиля»? Это не помешало ему?»

…В начале нашей недельной главы «Беѓар» мы читаем о заповеди года шмиты: «Когда придете на землю, которую Я даю вам, пусть празднует земля Субботу Г‑споду» (Ваикро, 25: 4). Как каждую неделю еврей должен отложить свою работу и посвятить «Субботу Г‑споду», так и в Израиле раз в семь лет земле необходимо совершить «Субботу Г‑споду».

Понятие субботнего года Тора ввела на все времена, хотя исполнять эту мицву совсем не просто. Земледелец, которому принадлежит поле или виноградник, в течение шести лет трудится на своей земле, вкладывая в нее все свои силы и добывая средства для пропитания. И вот наступает субботний год, в который не только запрещено работать на земле, но и сама земля вообще ему не принадлежит! В этот год земледельцу следует отказаться от своего поля, и в течение всего года он не имеет права собственности на свою землю. Любой желающий может прийти и взять для пищи плоды этого поля, так же, как и сам хозяин может собирать эти плоды, но каждый раз — только такое количество, которого хватает собирающему и его семье на несколько дней, и не более того. В остальном же ему придется жить на сбережения прошлых лет, и вместо того, чтобы работать, он должен посвятить этот год изучению Торы (как каждую неделю Суббота — это день, в который мы не работаем и который мы посвящаем удовлетворению наших духовных потребностей — Торе и молитве, так и целью «Субботы земли» является то, чтобы земледельцы — а во времена Танаха почти все евреи были таковыми — воспользовались свободным от сельскохозяйственных работ временем для изучения Торы).

После этого Тора вводит еще одно понятие, с которым знакомы почти все, но немногие знают, что оно взято из Торы: «юбилей». Люди устраивают юбилейные торжества по разным поводам, празднуя кто свое 25‑летие, а кто 100‑летие своего завода или 200‑летие города. В Торе же сказано, что после исполнения заповеди года шмиты семь раз («и сочти себе семь Суббот годовых, семь лет семь раз; и будет тебе дней семи Суббот годовых сорок девять лет») наступает пятидесятый год: «И освятите пятидесятый год, и возгласите свободу на земле всем ее обитателям. Йовель будет это для вас, и возвратитесь вы каждый к своему владению, и каждый к своему семейству возвратитесь» (Ваикро, 25: 10). Йовель — отсюда «юбилей».

В юбилейный год евреям нельзя сеять и жать, как и в год шмиты, и в дополнение к этому рабы должны быть освобождены, а поля возвращены их владельцам. Если субботний год напоминает нам о Субботе и сотворении мира, то юбилейный год напоминает нам о даровании Торы (на это намекает то, что Швуэс — праздник дарования Торы — выпадает на 50‑й день после Песаха, праздника Исхода). Исполнить заповедь юбилейного года еще сложнее, так как это вынуждает отказаться от работы на полях не один год, а два года подряд: сорок девятый год шмиты и пятидесятый, юбилейный год.

Все эти законы действовали во времена существования Иерусалимского Храма, а после разрушения Второго Храма мудрецы постановили продолжать соблюдать заповедь шмиты, чтобы не забыть ее, и сегодня многие земледельцы в Израиле выполняют эту заповедь согласно Ѓалохе. Но заповедь юбилейного года мы не исполняем вообще. Почему же мудрецы не постановили продолжать исполнять эту заповедь так же, как и год шмиты? Почему мы лишь узнаем о ней из Пятикнижия, но не исполняем ее на практике?

Дело в том, что наши мудрецы не издавали постановлений, которые люди не могли выполнить (комментарий «Тосфос» на трактат Талмуда «Гитин», 36б). Отказаться от земледельческих работ на два года подряд — такое очень трудно выдержать, и чтобы не подвергать людей испытанию, которое составляло угрозу их существованию, мудрецы выбрали для исполнения только год шмиты.

С подобным явлением мы сталкиваемся в связи с праздниками. Скоро праздник Швуэс. В Земле Израиля он будет отмечаться один день, а за ее пределами — праздник продлится два дня, потому что еврейские мудрецы ввели такое понятие, как йом-тов шени («второй день праздника»). Это относится ко всем праздникам: в Израиле Пасхальный Седер проводят один раз, а мы в нашей общине делаем два Седера, и в Суккос тоже празднуем два дня, а в Израиле — один. Исключение составляет только Йом-Кипур, который везде отмечается один день. Ведь бо´льшая часть общины не сможет поститься в течение двух дней, и поэтому наши мудрецы в этом вопросе придерживаются постановления Торы.

Из этого следует: если Тора предписывает еврею какую-либо мицву, то это значит, что он может и способен ее исполнить, потому что в противном случае ни Тора, ни мудрецы не приказывали бы ему сделать это. Любавичский Ребе часто приводит слова мидрашей: «Б‑г не сетует на свои создания» («Шмойс рабо», 34: 1) «и требует от них по силам» («Бамидбор рабо», 12: 3). Если Всевышний просит еврея сделать что-то, Он также придает ему силу и открывает возможности для выполнения этого. Если Б‑г благословляет вас детьми, то это также даст вам возможность вырастить их и отправить учиться в еврейские школы. Всевышний обеспечит вам достаточно средств, чтобы вы могли воспитать своих детей для Торы, хупы и добрых дел… И так во всем, как сказано: «Я прошу лишь по силам вашим».

Комментарии: «Прошу лишь по силам вашим…»
Нет добавленных комментариев