Printed fromchabad.odessa.ua
ב"ה

Тора — это прекрасная песня

Вторник, 27. Сентябрь, 2011 - 7:23

Rabbi-Avroom-Wolff-Odessa-Jewish-children.JPGТак повелось, что в каждой синагоге к праздникам, а особенно к наступлению Дней трепета, пытаются заполучить хорошего кантора. Мы благодарим Б-га, что в этом году у нас в общине появился молодой кантор с хорошим голосом и замечательными способностями вести молитвы. Я надеюсь, что в Рош ѓаШоно, а еще больше в Йом-Кипур вся община будет наслаждаться его пением.

 

А знаете ли вы, когда это началось? Кто предложил, чтобы в молитве участвовали кантор и хор? Почему слова молитвы произносят нараспев? Может, было бы достаточно прийти в синагогу, прочитать текст молитвы и уйти домой? Для чего нужно это песнопение?

Порядок проведения молитвы в синагоге основан на модели служения в Иерусалимском Храме, которое, как мы помним, сопровождало «пение левитов». Коѓены должны были совершать жертвоприношения в Храме. А обязанности левитов разделялись по двум направлениям: охрана и сопровождение Храмовой службы пением и игрой на музыкальных инструментах. Те левиты, у которых не было способностей к музыке, получали работу привратника или охранника. Их задачей было охранять Храм — и не потому, что евреи боялись воров и врагов, но потому, что в этом выражалось особое уважение к столь святому месту. Рамбам писал по этому поводу: «Не похож дворец, у которого есть стража, на дворец, который никто не охраняет» («Законы Храма», начало гл. 8). А те представители колена Леви, которые умели петь, присоединялись к хору левитов.

Музыка и пение сопровождали весь ход Храмовой службы. Каждый раз, когда совершали общественные жертвы и, конечно, во время обряда жертвоприношения на праздники и в новомесячье, коѓены трубили в трубы. Кроме этого, исполнял гимны хор левитов, стоявший на духане — возвышении, представлявшем собой 15 ступеней, отделявших женский двор от эзрас Исроэль (части Храма, предназначенной для мужчин, не относящихся к колену Леви). Ансамбль левитов состоял из более чем ста человек, так как хор пел в сопровождении многочисленной группы музыкальных инструментов, некоторые из которых упоминаются в последней главе Теѓилим: «Славьте Его, трубя в рог, славьте Его на лире и арфе! Славьте Его с тимпаном и махолем, славьте Его на струнах и органе! Славьте Его на звучных кимвалах, славьте Его на кимвалах громогласных…» (Теѓилим, 150: 3–5).

Следовательно, евреи, пришедшие в Храм, могли наслаждаться самым великолепным концертом, который только можно было посетить в те дни. Это было похоже на то, как сегодня люди приходят на концерты филармонического оркестра, чтобы послушать произведения классической музыки.
 

В Книге Теѓилим есть указания на то, что некоторые псалмы пели в Храме. Многие главы начинаются с примечания «Руководителю музыкантов», а другие главы начинаются со слов «песнь», «гимн» и т. д. Кроме того, ежедневно в завершение утренней молитвы мы прочитываем «Песнь дня» — псалом, который в этот день недели пели левиты в Храме. А некоторые говорят, что мелодия молитвы Коль нидрей тоже происходит от песни, звучавшей когда-то в Храме…

Музыке и песнопениям отводилась важная роль и в жизни еврейских пророков, которые, желая, чтобы на них снизошел дух пророчества, играли на киноре или невеле и пели вместе с хором.

Почему песнопения исполняли столь важную роль в храмовой службе? Для того чтобы служить Б-гу, прийти к раскаянию, нужно разбудить душу человека. И нет лучшего способа вызвать духовный подъем, чем музыка и пение. Хор левитов помогал евреям, пришедшим в Храм, совершать тшуву.

Хасидизм возвел песнопение на самые прекрасные высоты и сделал важной составляющей нашего служения Творцу. Хасиды говорят «Нигун — это перо души» (нигун означает на иврите «напев»). То, что трудно выразить словами, может быть выражено напевом.

История, которую я хочу вам рассказать, наглядно подтверждает силу хасидских нигуним.

Я уже писал про третьего президента Израиля, Шнеура-Залмана Шазара, который был потомком хабадской семьи (его дед по материнской линии был хасидом Ребе Цемах-Цедека и Ребе Маѓараша). Однако сам Шазар вырос в эпоху просвещения и сионизма и на долгие годы отошел от религии. В конце своих дней он вернулся в иудаизм и сблизился с Любавичским Ребе. В своих воспоминаниях он пишет о том, что дало ему силы сохранить связь с традицией предков.

В 1911 году, перед репатриацией в Израиль, Шазар навестил своего деда в местечке Мир и провел у него свою последнюю Субботу на родине. Он подробно рассказывает, как он отпраздновал с дедом Субботу, а в воскресенье утром дед вышел проводить внука в дальнюю дорогу.

За несколько минут до того, как Шазар забрался на повозку, чтобы начать свой путь в Израиль (это было их прощание навсегда), дед сказал: «Послушай, внук мой, ты хорошо знаешь этот нигун. У нас есть предание, которое гласит, что если хасид хочет вспомнить эту святую мелодию, а она ускользает от него, и он прилагает огромные усилия вызвать нигун из глубин своей памяти, но все напрасно, то это знак свыше, что в этот час он сбился с дороги и ему необходимо разобраться в своих действиях и покаяться. Ведь не зря этот нигунпокидает нашу душу! Он является «пробным камнем» для нас! Помни об этом!».

(Речь здесь идет об одном из десяти напевов Алтер Ребе, рабби Шнеура-Залмана из Ляд, основателя Хабада. Это очень серьезныйнигун, который сегодня поют только в самые торжественные и священные моменты — например, на свадьбе, когда сопровождают жениха и невесту к хупе. Этот нигун называется «Арба бовес — Четырехвратный», потому что четыре составляющие его части символизируют четыре мира АцилусБрияЙецираАсия, которые соответствуют четырем буквам Имени Всевышнего: йуд освещает мирАцилус, первая ѓей — мир Бриявав — мир Йецира, и последняя ѓей — мир Асия. Четыре буквы Имени Всевышнего также освещают четыре уровня души — нефешруахнешамахая. Ученики Алтер Ребе назвали этот нигун «Шойфар Мошиаха», потому что его мелодия вызывает страстное желание прихода Мошиаха.)

Шазар, который был назван Шнеуром-Залманом в честь Алтер Ребе, рассказывает, что этот нигун всегда оберегал его во всех взлетах и падениях, которые были в его жизни. Он был членом делегации Еврейского агентства на ассамблее ООН в тот исторический день 16 кислева 5708 года (29 ноября 1947 года), когда была принята резолюция ООН о судьбе Израиля и создании еврейского государства. Сидя в зале Ассамблеи ООН, Шазар очень волновался. Целый день его душой овладевали то страх, то надежда. И тогда он вспомнил то, что сказал ему в час прощания его дед, хасид Хабада: «Если ты в растерянности, отыщи в своей памяти нигун Алтер Ребе. И если ты вспомнишь его мелодию, и она наполнит твою душу, то это знак, что ты на верном пути, а если нет — то…» В тот день Шазар мучительно пытался напеть нигун, но у него ничего не получалось. Он еще и еще раз вызывал его мелодию из глубин воспоминаний о своей молодости, но тщетно. Это еще больше усилило замешательство и тревогу, царившие в его душе. И тут он заметил человека еврейского вида. Шазар написал на листке бумаги: «О Б-г, спаси нас!» и послал записку этому человеку. Через некоторое время он получил ответ на том же листке: «О Б-г, пошли нам удачу!» (Теѓилим, 118: 25). В одно мгновение его глаза загорелись и из тайных уголков души возник желанный напев Алтер Ребе, который он пытался вспомнить. И в ту же минуту тревога и замешательство покинули его! Так хасидскийнигун все эти годы поддерживал связь Шазара с иудаизмом. Почему? Потому что мелодия затрагивает самые сокровенные глубины души, куда слова не могут проникнуть и оказать свое влияние.

…В нашей сегодняшней недельной главе «Ѓаазину» мы читаем: «И пришел Моше, и говорил все слова этой песни во услышание народу» (Дворим, 32: 44). И здесь, и в предыдущей главе Тора называется «песней»: «И ныне запишите себе эту песнь» (Дворим, 31: 18, из этого стиха выучивается заповедь написания Свитка Торы). Почему же Тора называется песней?

Эти слова сообщают и указывают нам, что Тора — не просто свод сухих законов, который человек читает, чтобы знать, что такое закон, подобно адвокату, изучающему юридическую литературу. Тора — это поэзия! Ее чтение должно вызывать у человека душевные движения. Вы замечали, как маленький ребенок, услышав песню, начинает инстинктивно двигаться и раскачиваться в такт музыке? Так и Тора призвана пробудить в человеке движения души и поднять его на совершенно иной духовный уровень.

У пения есть еще одно преимущество перед речью. Выслушав чьи-то речи один раз, вы вряд ли захотите слушать это снова. А если кто-то повторяет их, то это начинает сильно вас раздражать. Музыка же воздействует на нас совершенно по-другому. Когда певец заканчивает исполнение прекрасной песни, публика кричит: «Браво! Бис!». Зрители желают вновь послушать ту же песню! И в то же время, я никогда не слышал, чтобы кто-нибудь из слушателей попросил раввина: «Вы произнесли такую хорошую проповедь, пожалуйста, повторите ее еще раз!» Наоборот, общество бывает недовольно, если раввин по ошибке повторит то, о чем говорил раньше.

Тора называется песней, и мы поем ее святые слова, чтобы она всегда звучала музыкой в наших сердцах, чтобы мы всегда хотели читать ее снова и снова, и нам никогда не надоедало слушать эту вечную мелодию, которую невозможно остановить…

Комментарии: Тора — это прекрасная песня
Нет добавленных комментариев