В 1944 году на тихой улице северного Тель-Авива появился новый жилец — раввин Израиль Сасовер. Религиозные евреи радушно приняли его и шамес (служитель) синагоги пригласил дополнить миньян в доме скорбящего. Позже его стали звать на молитвы и он стал частью местной общины.
Прихожане не знали, что среди них находится человек номер один в списке разыскиваемых британской полицией — лидер ЭЦЕЛя, объявивший восстание против британского мандатного правительства. Этим человеком был Менахем Бегин.
В те дни британское правительство практически не разрешало легальную иммиграцию евреев в Землю Израиля. Каждое судно с евреями — выжившими после нацистского ада — британцы перехватывали и отправляли обратно в Европу, что означало смертный приговор для пассажиров.
К 1944 году мир знал о нацистских зверствах, но Англия не изменила политику въезда евреев. Менахем Бегин пришёл к выводу, что единственный способ «убедить» британское правительство — активное сопротивление через террористические акты против британских целей.
Объявив восстание, Бегин ушел в подполье, зная, что командир ЭЦЕЛя станет первым, кого арестует полиция. Сначала он скрывался в разных местах, но по мере усиления поисков люди ЭЦЕЛя поняли, что недостаточно сменить адрес — нужно изменить внешность. Решили, что он должен отрастить бороду с пейсами и превратиться в харедимного ученого, изучающего Тору дома.
Перед переездом в северный Тель-Авив Бегин начал отращивать бороду, объясняя соседям, что как «скорбящий» он не буде брить бороду 30 дней. Когда же борода отросла, он переехал и был принят на новом месте как религиозный человек.
В те дни у него родилась дочь. По еврейскому обычаю он дал ей имя в синагоге, а товарищи из ЭЦЕЛя позаботились о богатом кидуше — с селедкой и деликатесами! Прихожане даже сказали потом, что у них в синагоге никогда не было такого красивого кидуша. Раввин пожелал «мазл тов», а Бегин хотел попросить особое благословение младенцу, ведь кто знает, сколько времени ей придется жить под чужой личностью, но сдержался и только поблагодарил раввина.
Впрочем, не все было гладко. Например, у семьи Сасовер была собака и иногда она плелась за ним в синагогу. Вы видели много раввинов с собакой?
В другой раз, во время урока Торы речь зашла о царице Елене, жертвовавшей много денег Храму. Один из присутствующих удивился, что у царицы из дома Хасмонеев оказалось нееврейское имя «Елена». Раввин, великий знаток Торы, но не истории, не знал ответа и тогда «Израиль Сасовер» забылся и объяснил, что в ту эпоху многие евреи использовали греческие имена. Ненароком он раскрыл свою эрудицию в нетипичной отрасли, он вовремя понял ошибку и постарался больше не привлекать внимания.
До сих пор в синагоге северного Тель-Авива висит мемориальная доска: «Командир ЭЦЕЛя Менахем Бегин молился и изучал Тору под чужой личностью в синагоге “Шалом” в 1944-1946 годах».
Жена Ализа шла с ним рядом и пожертвовала жизнью, чтобы он мог командовать ЭЦЕЛем.
Британцы покинули страну, Бегин стал лидером оппозиции в Кнессете. В 1977 году, избранный премьер-министром, в победной речи он обратился к жене: «Вспомнил я о милости юности твоей, о любви обручения твоего, как ты шла за Мною в пустыне, в земле незасеянной» (Йермияѓу 2:2). Этот стих появляется в субботней ѓафтаре.
Ѓафтара, которую читали в субботу, — первая из трех ѓафтарот разрушения, посвященных уничтожению Храма. Это книга пророка Йермияѓу. Пророк родился в Анатоте в семье коѓенов. Будучи юношей, он получил пророчество: «Прежде нежели Я образовал тебя во чреве, Я познал тебя, и прежде нежели ты вышел из утробы, Я освятил тебя: пророком для народов поставил тебя» (Йермияѓу 1:5).
Всевышний сообщает, что еще до формирования в утробе он уже был избран пророком — чего нет ни у одного другого пророка. Но Йермияѓу не в восторге: «О, Г‑споди Б‑же! я не умею говорить, ибо я ещё молод» (там же 1:6). Это напоминает Моше, который сказал: «Не красноречив я».
Всевышний ответил: «Не говори: “я молод”, ибо Я с тобою» (Йермияѓу 1:7). Это не юноша Йермияѓу говорит, а Всевышний через его уста. Тогда он увидел, как Г‑сподь «простер руку и коснулся уст моих, и сказал: вот, Я вложил слова Мои в уста твои» (там же 1:9).
Во второй части — первое видение. Господь спрашивает: «Что видишь ты, Йермияѓу?» Он отвечает: «Жезл миндального дерева вижу я». «Хорошо ты видишь» (там же 1:11-12).
Почему именно миндальный жезл? Миндаль зацветает первым перед всеми цветами. Всевышний намекнул: «Ибо Я бодрствую над словом Моим, чтоб исполнить его» (там же 1:12) — Всевышний поспешит исполнить пророчества.
Ребе добавляет: есть миндаль, который молодым горький, а созревая, становится сладким. Это намек: «горькие» пророчества имеют потенциал стать «сладкими», когда народ раскается.
В третьей части Всевышний снова спрашивает: «Что видишь?» «Кипящий котел вижу я, и лицо его от севера» (там же 1:13). Он увидел кипящий котел, пары которого направлены на север. Господь сказал: «От севера откроется бедствие» — беды придут из Вавилона и разрушат Храм.
В конце ѓафтары мы читаем новое пророчество: «И было слово Г‑сподне ко мне: иди и возгласи в уши Иерусалима» (там же 2:2). Два предыдущих видения были для «личного пользования».
Теперь Г‑сподь даёт пророчество для передачи «в уши Иерусалима»: «Так говорит Господь: вспоминаю о дружестве юности твоей, о любви обручения твоего, как ты шла за Мною в пустыне, в земле незасеянной» (там же:2).
Всевышний сравнивает отношения с народом Израиля с супружеской парой — молодая богатая женщина выходит замуж за бедняка, который хочет уйти в пустыню искать успех. Из любви она оставляет драгоценности отцовского дома и идёт за ним.
Так народ Израиля был в Египте — самой развитой цивилизации древнего мира. Пришёл Моше и предложил покинуть обжитую землю. Они были рабами, но лучше быть рабом в обжитой стране, чем умереть от жажды свободным в пустыне.
Тем не менее, народ Израиля из любви к Всевышнему пошёл «в пустыне, в земле незасеянной». Всевышний говорит: что бы ни случилось, эту милость Он никогда не забудет, поэтому даже в изгнании «свят Израиль Г‑споду» (там же 2:3).
Самое интересное: несмотря на то что большинство пророчеств Йермияѓу — пророчества разрушения, открытие всех пророчеств началось с чрезвычайно позитивного — величайшего комплимента народу Израиля.
Послание ясно: всякий раз, обращаясь к евреям, нужно учиться у пророка Йермияѓу и прежде всего, сказать доброе слово: «вспомнил я о милости юности твоей».